September 29th, 2018

королём играет свита

На мой взгляд, может быть только одна гипотеза. Она выглядит, я бы сказал, для любого аналитика крайне унизительно, и я понимаю, что я очень подставляюсь, потому что мне на это все скажут: «Ну да, опять у на император хороший, а бояре у него плохие». Но, на мой взгляд, это может объясняться только одним: он был грубо введен в заблуждение. Это яркая демонстрация того, до какой степени ограничены источники информации президента Путина, до какой степени он является заложником людей, которые составляют ему какие-то «красненькие папочки».
Я, понимаете, совершенно не уверен, что президент Путин сегодня в курсе какого-то Bellingcat, какого-то The Insider и вообще, какого-то Чепиги. Ему легко могли про это не рассказать, вот просто не рассказать и всё. Означает ли это, что Путин не виноват? Наоборот, из этого следует, что Путин виноват в самом тяжелом преступлении для политического деятеля и главы государства: он создал такую систему информирования себя.
Он сам загнал себя в эту ловушку и это самое тяжелое преступление, самая большая вина, которая на нем лежит, потому что на основании этого он принимает свои решения, и мы видим на этом примере, что эти решения абсолютно безосновательные, эти решения висят в воздухе. Он прикрыл этих людей, будучи, по всей видимости, уверенным, что они люди гражданские, и что это всё устроено не так, как об этом пишут в тех папочках, которые ему демонстрируют в качестве правильной западной пропаганды.
Эта история сегодня открыла нам в очередной раз панораму чудовищной совершенно изоляции российской власти на самом верхнем уровне от реальности. И виновата в этом сама российская власть. Я нисколько не выгораживаю государя в данной ситуации, я нисколько не сваливаю это на бояр. Он сам организовал эту боярскую думу, он сам учредил такой порядок прохождения информации.
Почему-то, когда выбирают очередного американского президента, – это было и в случае с Обамой и в случае с Трампом, то есть в те уже времена, сейчас, когда существует довольно развитая система персональных человеческих коммуникаций, когда у человеке в кармане не просто телефон, а смартфон; еще в пору Клинтона так не было, это началось, пожалуй, в пору младшего Буша, — так вот происходит целая война по поводу того, что можно, а что нельзя президенту. Может ли он сам твитить? Может ли он сам ходить в социальные сети? Может ли он сам со своего телефона читать новости? Может ли он гуглить в интернете? Может ли он то, может ли он сё?
К нему сбегается вся его охрана, отнимают у него телефон, уговаривают его, суют ему какой-то странный, запароленный, защищенный, говорят – нет, пожалуйста!.. А президент что? А президент сопротивляется, бешено сопротивляется. Говорит: «Оставьте мне, не вырубайте меня. Я хочу быть нормальным живым человеком. Я хочу смотреть телевизор, читать газеты, ходить в интернет, быть в Фейсбуке, присутствовать в Твиттере и так далее». вот так это устроено в современном мире. То же самое во Франции, то же самое в Германии, в Великобритании , где угодно. Но не в России.
Я не к тому, что у него обязательно должен быть iPhone в кармане. Я сейчас не занимаюсь рекламой разного рода гаджетов. Я говорю о том, что это традиционная борьба любого политика, а уж, тем более, главы государства за сохранение у него множественных источников информации.
Путин не борется. И мы видим это, ясно видим, отчетливо. И ничем другим это нельзя объяснить. Видим это в данном случае на истории с этим самым полковником Чепигой и, вообще, всей историей с покушением на Скрипаля, его дочь и с расследованием о применении боевого отравляющего вещества в Великобритании.
https://echo.msk.ru/programs/sut/2285840-echo/

путин понимает, что проблемы начнутся с регионов и выборы - это первый звоночек

Путин открыл новый сезон губернаторских отставок. До следующих выборов может быть уволено до 10 глав регионов.
https://www.vedomosti.ru/politics/articles/2018/09/26/782128-vladimir-putin

Врио губернатора Астраханской области Сергей Морозов ранее служил в ФСО и был охранником Путина.
http://www.kavkaz-uzel.eu/articles/325890/

закон суров, но справедлив