September 21st, 2019

Кохаузинг. Как создать идеальное пространство для жизни

Это видео - попытка дать наиболее полное представление о том, что такое "кохаузинг", о том как его можно создать и о том, почему это явление можно считать самой лучшей формой недвижимости на планете.

президент Путин и его окружение много лет заражены в тяжелой форме религиозно-мистическим фанатизмом

Что касается этого конкретного шамана, то я тут стал читать разные истории и разговоры, и выяснил, что это человек довольно известный. Почему-то про это мало кто говорит, что в вообще-то это известный городской сумасшедший города Якутска, известный там как брат Александр, который на протяжении многих лет жил, как пишут знающие люди, на окраине города и делал вид, что он православный монах пустынник. А потом, спустя какое-то время, он подумал, что все-таки лучше быть шаманом, это как-то ближе к местной моде.
Бывало, что он еще в городском парке стоял с объявлением — тоже горожане это хорошо знают и хорошо к этому человеку привыкли, — на котором было написано, что он обучает тувинскому горловому пению, якутскому боевому искусству «Громовой кулак», а также производит качественные сварочные работы. Все это только, в общем, за еду. Больших денег ему было не надо.
Так что вот, если у вас есть какие-то знакомые в городе Якутске, спросите, они расскажут вам много интересного про ́этого монаха Александра, а теперь шамана Александра.
В данном случае это совершенно не важно, настоящий он шаман или ненастоящий, жулик он или не жулик, в шутку он это делает или всерьез, собирается он дойти до Москвы или не собирается.
Гражданин Российской Федерации имеет право идти пешком из любой точки Российской Федерации в любую точку Российской Федерации. И никто за факт перехода из одной точки в другую не может иметь к нему претензии, даже если — вот это, кстати, тоже очень важная вещь, о которой надо помнить и которая в этой ситуации, вполне вероятно, играет некоторую вполне серьезную роль, даже если президент Российской Федерации лично и окружение президента Российской Федерации Владимира Владимировича Путина много лет заражены в тяжелой форме религиозно-мистическим фанатизмом.
Мы это хорошо знаем. Мы знаем, что там огромное количество людей, которые бесконечно ездят на Афон к каким-то старцам, с кем-то стоят, где-то лежат, держатся за какие-то камушки, ставят какие-то свечки, сидят на каких-то специальных креслах, пьют какую-то специальную воду и прочее.
Это бывает. Это бывает с людьми, которые недавно как-то подверглись этой моде на религиозность. В действительности в душе их ничего не происходит. На самом деле они никаким образом не связаны и никаким образом не вовлечены в реальную религиозную или, я бы даже сказал, церковную жизнь. Заменяют ее вот этим бесконечным вниманием к обрядовой стороне дела, к такой технической, механической стороне религии.
Это очень свойственно самому Путину и людям, которые его окружают. Это хорошо известно. Они имеют тенденцию пропадать время от времени, потому что они ездят на какие-то поклонения в какие-то таинственные места и прочее. Время от времени, как мы знаем, они принимают решения под воздействием этого всего. Ну, самое известное — два таких религиозно-мистических поступка. Это освобождение Ходорковского и освобождение Надежды Савченко, которые объяснялись ровно этим.
Так черт его знает с этим шаманом, что называется, с них станет. С них станет отнестись к этому серьезно. Они, в общем, вполне способны, люди которые вокруг — взять какого-нибудь Вайно, например с его какими-то поразительными научными трудами, которые мы все читали: какая-то передача мыслей на расстоянии, чего там только с ним не происходило, о чем только он не мечтал. С них станет отнестись к угрозе этого шамана, который где-то идет в Москву, вполне серьезно и посчитать это политической провокацией.
А, как мы понимаем, в таких ситуациях вполне достаточно, чтобы большой начальник где-нибудь что-нибудь неосторожно ляпнул, сказал: «А нельзя ли, в общем, решить эту проблему? Разберитесь там, что ли, с этим». И этого достаточно, чтобы 40 вооруженных полицейских вламывались, сносили палатку и забирали оттуда спящего человека в каком-то довольно глухом месте возле дороге.
Это происходит легко, потому что этот приказ по мере того, как он передается по цепочке от одного звена к другому, он обрастает угрожающими подробностями. И слава богу, что это всё не кончилось «головой Гонгадзе». Вот мы знаем страну и мы знаем человека, который тоже в свое время сказал, что нельзя ли как-нибудь решить эту проблему? А потом голову журналиста Гонгадзе обнаружили совершенно отдельно от его тела, совершенно в другом месте. И до сих пор разбираются, как это вышло, что из ничего не значащей фразы большого начальника дело кончилось вот таким, совершенно реальным преступлением.
https://echo.msk.ru/programs/sut/2504459-echo/

Вигиланты

Екатерина Шульман: Вигиланты - больная тема, спасибо Asmik Novikova и Общественному вердикту за популяризацию термина. РИА Федерал Пресс спрашивало про екатеринбургский случай со студентом, сообществом вконтакте и розовым телефоном. Воспользовалась случаем ещё раз сказать очевидное: наша местная гомофобия - порождение тюремной этики, разделяемой и пропагандируемой социальной стратой "военные пенсионеры из гаражей", а не воображаемые традиционные ценности, которых и было-то не особо, а остатки советская власть повывела.
«С ЛГБТ-сообществом ситуация у нас плохая: во-первых, есть закон [о запрете пропаганды гомосексуализма], который над ним нависает как перманентная угроза, во-вторых, есть довольно активная деятельность так называемых вигилантов, которые этих людей преследуют, объявляют об их ориентации, добиваются, чтобы их уволили с работы, словом, пытаются им портить жизнь из своих превратно понятых нравственных соображений. Этот край общественной борьбы у нас еще впереди, права этих людей не защищены ни на каком уровне – ни от прямой уголовщины, ни от публичного давления, кибербуллинга и травли. Им нелегко живется, надо признать.
Сотрудники вузов, которые ищут студентов в ЛГБТ-пабликах, – тоже своего рода вигиланты, которые без спросу берут на себя функции правоохранительных органов. У некоторых вигилантов «душа горит», но, если речь идет о вузе, то, скорее, это делается из страха, как бы чего не вышло, из желания пресечь воображаемую угрозу. Региональные вузы – довольно запуганные структуры, люди, которые там работают и ими руководят, всего боятся. В результате, как мы видим по этой истории, они навлекают на себя больше неприятностей, чем если бы дали студентам и преподавателям жить спокойно.
Если мы посмотрим на социологические данные, то страх и стигма, связанные с ЛГБТ, очень распространены. Люди боятся этого, особенно русские мужчины запуганы в этом отношении до чрезвычайности. Понятно, что это тюремный этос, тюремная мораль, которая проникает и в неуголовные круги и транслирует им свое представление о прекрасном и непрекрасном. При этом никакого активного запроса на борьбу за нравственность мы не фиксируем. Страх есть, стигма есть, а какого-то пуританского, говоря в американских терминах, запроса на чистоту нравов и соблюдение христианских норм мы не видим. То есть люди просто выражаются в тюремных терминах: есть какие-то слова и какие-то сферы, которые нельзя трогать и к которым нельзя быть причастным. Это не убеждения, это суеверия. Они распространены, но уходят довольно быстро. В отсутствие целенаправленной государственной пропаганды в следующих поколениях это просто смывается. Те, кто не до такой степени вырос в рамках тюремной культуры, забудут об этом, потому что у нас это больше ни на чем не основано».
http://fedpress.ru/expert-opinion/2319254

вот поэтому скоро РБ и Россия станут одним государством, с президентом Путиным

Особенно смешно, когда Лука говорит, что если что, все белорусы пойдут партизанить. Максимум куда они пойдут, это за пивом.

Natalia Petrouchkevi
‏@natusiok
В Беларуси я преимущественно общалась с представителями возрастной группы 40-90, потому что мне самой хорошо за 40. На основании этого общения я сделала для себя несколько наблюдений. На научную обоснованность и репрезентативность выборки я не претендую, но выводами поделюсь.
В головах большинства этих людей полная каша, засилие мистики и мракобесия и стокгольмский синдром. Моим офигевшим дочерям раз 7 говорили: «Будете в церкви, спросите у батюшки, он вам объяснит...» Среди людей, произносивших эту фразу - 2 учителя, медицинский работник, инженер, психолог, бухгалтер. Из того, как они это говорили, следовало, что это уже норма, обычная фраза, и у меня от этого волосы шевелились на голове. Православная пропаганда просто сквозила изо всех дыр и была неприятно навязчивой. Более того, одна медсестра высказала предположение, что мою заболевшую дочь «сглазили». Вы можете себе представить??? В городе Пружаны я видела плакат, сфоткать не успела, с надписью «Супружеская верность - лучшая профилактика против СПИДа.» Пиздец, одним словом. Жалобы на несправедливость с подсчётом трудового стажа просто лились рекой. Люди мне рассказывали как их ограбили, как обманули. Пенсионеры, заработавшие стаж жаловались, что просто вынужден работать, чтобы выживать. Эти же люди потом задавали мне вопрос: «Не хочешь вернуться?» Бля! То есть после их стенаний о том, как государство их отымело и выбросило на задворки жизни у меня должно было возникнуть острое желание оказаться в такой же жопе, так что ли? Интернетом эти люди пользуются не чтобы быть информированными о ситуации в мире, а чтобы делиться рецептами и пересылать «письма счастья» в электронном формате. По сравнению с моей поездкой в Беларусь в 11м году, уровень политической и технической информированности даже среди моих сверстников упал. И это не говоря уже о тех, кому за 60. Чаще всего это комментировалось как «нас это не касается всё равно», «мы ничего не решаем», «государственным людям виднее». При этом мне было прочитано не менее дюжины политинформаций на тему «не всё так однозначно с Украиной». Я не высказывалась о своих политических взглядах, но мне говорили «я знаю, что там у вас все против русских, но я/мой родственник/знакомый ездили в Украину и там...» Эти рандомные политинформации начинались без какого-либо повода, как правило в середине застолья, как будто выполнялась какая-то заранее заложенная обязательная программа, чтоб не дай бог не забыть меня просветить на эту тему. Особенно информативным был рассказ о том, что «там у вас», то есть тут у нас, оказывается, даже когда передаются по интернету российские передачи, они отличаются. Они, как мне объяснили, как бы те же самые, но модифицированы западной пропагандой, и включают в себя заветный «25й кадр». При этом «только у нас идёт нормальная информация, у нас показывают всё как есть на самом деле». Типа последний островок реальности на нашей планете. Ещё мне рассказали, что с Крымом у Путлера типа выхода не было, «иначе там бы уже стоял 6й флот ВМС США.» На мое замечание, что американцам по всем признакам и дела-то до всего этого не было, но если бы флот таки подошёл, то это было бы просто замечательно реагировали полным охуением, но пояснить, что плохого с американским флотом и какие у них к нему претензии абсолютно не могли. Ни связно, ни бессвязно. И это не в российской глубинке, дамы и господа, это в независимой Республике Беларусь! В разговорах меня многократно пытались называть «русской». Я за такое всегда, всем и везде выношу мозги, откусываю голову и растаптываю тело острыми каблуками. Я никогда не пропускаю такое мимо ушей и ни за что не оставляю без внимания. Беларусы мне говорили «не придирайся к словам», «не нагнетай», «какая разница», «ты же не будешь всем объяснять!» Я - буду! Всем и каждому и столько, сколько надо, пока не дойдёт! А вот произносящие эти фразы - кто они после этого? Ха! Они сами не знают, это какой-то лишённый идентичности планктон. Ещё мне попалось трое личностей, повёрнутых на теме Отечественной войны и милитаризма. Каждый из них говорил мне, что он - патриот. Но ни один не смог объяснить патриот чего. Вместо ответа они спрашивали: «Как, ты не понимаешь?» Если я понимаю правильно - патриоты идиотизма? Короче, главный вывод разбивает моё сердце на мелкие кусочки, я о подготовке почвы к экспансии одной всем известной страной. Хотя люди моложе 40 внушают надежду, ибо среди них мне попадались личности преимущественно адекватные. Было несколько адекватных и среди моих ровесников, но их как-то ужасающе мало, намного меньше, чем 8 лет назад. На мой взгляд в головах беларусов старше 40 в последние годы произошёл фундаментальный сдвиг, и он не многим менее масштабен, чем перекос в мозгах россиян. И неизвестно, лечится это или нет. И если бы я не закалялась целенаправленно последние полгода в твиттерских дискуссиях, я бы вернулась из РБ с психологической травмой несовместимой с жизнью. Но я готовилась к поездке, и потому смогла не просто вернуться живой, а ещё и ни с кем не разругаться. Но даже просто общаться о погоде с большинством этих людей я просто больше не хочу. И, если не возникнет никакой объективной острой необходимости, больше и не буду. Благо, между нами 7 тысяч километров.