juve99 (juve99) wrote,
juve99
juve99

Categories:

война - это всегда преступление

Аркадий Бабченко
16 ч ·
Любая война — это все сплошь преступления. Солдат не может не нарушать мирный уголовный кодекс, а уж тем более права человека. Там другая логика, другой мир, другие законы. Взял в разбитом доме одеяло зимой в горах укрыться ― это уже мародерство. Что-то где-то показалось в каком-то доме, блеснуло что-то где-то ― ударили туда из БМП, да и все. Незаконные аресты, незаконные задержания. Уничтожение имущества. Избиения. Бессудные казни. Это есть на любой войне. Любая война состоит из этого. Если пользоваться уголовным кодексом ― сажать можно каждого второго. Если же говорить именно о тяжелых преступлениях ― убийствах, насилии, пытках ― то это тоже было довольно распространено. Не так широко, конечно, как мелочевка типа мародерки, но ― было. Безусловно, гораздо распространеннее, чем в мирной жизни. Часто по ошибке если, скажем, к блокпосту на скорости едет автомобиль, на предупреждения не реагирует ― тогда без разговоров открывается огонь, а только потом уже будут разбираться, кто там был внутри. Если же говорить именно о заведомых преступлениях против заведомо мирных жителяй ― то это было все же уже реже. Хотя тоже было. В общем, если действительно разбираться по преступлениям вот прям по букве закона, там очень много народу посадить придется.
Вот лишь несколько частных случаев, о которых помню.
Под Черноречьем пехота взяла трех пленных, двух сдали особистам, одного потом гоняли на минное поле, где лежали погибшие из отряда Басаева, когда он уходил из Грозного — ему еще в тот момент оторвало ногу. Этот пленный приносил оружие и фальшивые доллары с трупов, потом подорвался сам, ему оторвало часть стопы. Комбат приказал своему ординарцу расстрелять его. Тот его расстрелял на дамбе. У меня даже фотография расстрелянного осталась, хотя я никогда не стремился фотографировать трупы, а этого почему-то снял.
Под Шатоем один из нашего взвода привязал к дереву на ночь какого-то наркомана, у которого была ломка и который шел к брату за дозой. Хотел выведать адрес брата. Тот всю ночь простоял привязанным к дереву. Утром он хотел его расстрелять. Я не дал. Очень сильно поцапались тогда, за оружие хватались.
Один сержант с собой золотые коронки носил в носовом платке. Где-то в разрушенном доме взял. Не думаю, что с трупа, но впечатление все-равно производит — разворачивает платок, а там золотые зубы.
Женщина в Калиновской своего пропавшего сына искала, пришла в полк, ее в яму посадили, думали, шпионка. Вечером, правда, выпустили. Где ее сын — не знаю.
Алхан-Калу по ошибке из гранатометов накрыли ― слава тебе, Господи, не убили никого. Утром приходила делегация с комендантом и белыми флагами, от них и узнали, что все обошлось.
Командир полка у нас на трофейном «Паджеро» разъезжал.
В Урус-Мартане на рынке соляру сливали, меняли на жратву и водку.
В Моздоке, когда я стоял дежурным по роте, дедушки дали мне пиздюлей, заставили открыть оружейку, вынесли два гранатомета, мешок патронов, гранаты, еще-что-то по мелочи, продали в Моздоке, принесли два мешка жратвы, водку и героин. Даже мне полстакана налили. Я потом эти гранатометы на боевые списал на январь девяносто пятого.
Это то что сходу вспомнилось.
Мой комментарий "Открытой России"
Ветераны чеченских войн боятся мести Рамзана Кадырова
Лейтенанта Сергея Аракчеева тайно освободили из колонии
https://openrussia.org/media/705541/
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments