голый король
Я обратил внимание вот на что. Все те, кто с хрипом, с пеной у рта отвергают английские данные, на самом деле отвергают не то, что ФСБ или ГРУ послало за границу убийц, а то, что ГРУ или ФСБ могли так сильно засветиться. Наследить, попасться, оказаться вычисленными.
То есть убить граждан чужой страны в ходе спецоперации наши силовики могли, против этого возражений как-то не слышно, но вот быть схваченными за руку — нет. А раз англичане говорят, что схватили, значит англичане все придумали, чтобы… чтобы… ну, чтобы поглумиться над Россией.
Априорное неприятие провала «своих» спецслужб — очень важная вещь.
И оно, скорее всего, говорит вот о чем: в России стал потихоньку трещать негласный договор, регулирующий отношения общества и власти.
Это уже второй договор времен Путина. Первый — докрымский — состоял в отказе от свобод в обмен на достаток. Так сказать, свобода в обмен на колбасу.
После Крыма, санкций, двукратного падения рубля, запрета на импорт и прочего этот договор утратил силу просто потому, что власть обеспечивать достаток больше не может.
И тогда появилось другое: общество отказывается от свобод и благополучия в обмен на национальное величие. Причем величие при отсутствии успехов в экономике воспринимается как силовое, военное. «Можем повторить!», «Можем превратить в радиоактивный пепел!». Сюда же — «Можем отравить!»
Вот почему провал любой спецоперации воспринимается с тревогой, с ужасом — и отторгается: а что, если все наше величие — фальшивое? И что, если никаких всесильных, великих спецслужб нет — есть довольно топорно работающие ребята (как и все, кто обслуживает государство), которых англичане вытащили на свет, как грязные трусы из чемодана?!
Если так, то получается, наш договор — обман. Мы отдали свободу, а затем и достаток, в обмен не на величие, а на пустышку. Эта мысль пока еще отгоняется — так больной вначале отказывается верить в смертельный диагноз.
http://www.rosbalt.ru/blogs/2018/09/08/1730410.html
Латынина о том же https://www.youtube.com/watch?v=fvMes7maMjc
То есть убить граждан чужой страны в ходе спецоперации наши силовики могли, против этого возражений как-то не слышно, но вот быть схваченными за руку — нет. А раз англичане говорят, что схватили, значит англичане все придумали, чтобы… чтобы… ну, чтобы поглумиться над Россией.
Априорное неприятие провала «своих» спецслужб — очень важная вещь.
И оно, скорее всего, говорит вот о чем: в России стал потихоньку трещать негласный договор, регулирующий отношения общества и власти.
Это уже второй договор времен Путина. Первый — докрымский — состоял в отказе от свобод в обмен на достаток. Так сказать, свобода в обмен на колбасу.
После Крыма, санкций, двукратного падения рубля, запрета на импорт и прочего этот договор утратил силу просто потому, что власть обеспечивать достаток больше не может.
И тогда появилось другое: общество отказывается от свобод и благополучия в обмен на национальное величие. Причем величие при отсутствии успехов в экономике воспринимается как силовое, военное. «Можем повторить!», «Можем превратить в радиоактивный пепел!». Сюда же — «Можем отравить!»
Вот почему провал любой спецоперации воспринимается с тревогой, с ужасом — и отторгается: а что, если все наше величие — фальшивое? И что, если никаких всесильных, великих спецслужб нет — есть довольно топорно работающие ребята (как и все, кто обслуживает государство), которых англичане вытащили на свет, как грязные трусы из чемодана?!
Если так, то получается, наш договор — обман. Мы отдали свободу, а затем и достаток, в обмен не на величие, а на пустышку. Эта мысль пока еще отгоняется — так больной вначале отказывается верить в смертельный диагноз.
http://www.rosbalt.ru/blogs/2018/09/08/1730410.html
Латынина о том же https://www.youtube.com/watch?v=fvMes7maMjc