Categories:

"Предыдущая такого рода революция была когда изобрели книгопечатание"

Меня интересует то, что сейчас происходит с демократией в широком смысле, меня интересует конфликт между все большей и большей вовлеченностью людей в процесс принятия решений, все большей, так сказать, процессопативностью, как это называется в политологии, и устоявшимися институтами представительной демократии, то есть как элиты, хотя я не люблю этот термин, как истеблишмент будет справляться с тем, что люди все меньше и меньше готовы делегировать, и все больше хотят участвовать. Вот эта вот великая демократизация, которую приносит всеобщая грамотность, повышение уровня жизни, новые технические средства, транспарентность, как великая демократизация будет совмещаться со старой демократией, понимаете, это очень интересный и на самом деле масштабный процесс. Предыдущая такого рода революция была когда изобрели книгопечатание, когда грамотность стала более-менее распространяться и когда религия перешла с латыни на национальные языки, когда переводили библию на национальные языки Европы. Это была большая революция, большие войны, и лицо Европы изменилось, мир пошел по другому пути. Сейчас мы видим довольно-таки схожий по масштабу процесс, и пока мы цепляемся за какую-то ерунду типа «Трампа выбрали, за брексит проголосовали, ах, боже мой!», это все, во-первых, это в высшей степени хорошо и правильно, что можно мирно решать такие вопросы, через электоральные механизмы, а во-вторых, это все цветочки. Ягодки могут выглядеть иначе, и мы не знаем, как они будут выглядеть.
Синдеева: Этот процесс идет, но когда у него будет разрешение?
Шульман: Он идет. Пока институты традиционной демократии, репрезентативной демократии демпфируют этот процесс, то есть пока они его поглощают, претворяют в себя, кооптируют, абсорбируют и так далее, то есть они выполняют свою функцию, эти институты демонстрируют свою выдающуюся прочность и в Америке, и в Западной Европе, и в Центральной Европе, пока все держится и работает. Может быть, так и будет, может быть, не нужно будет никаких институциональных революций, не нужно будет переписывать конституции стран первого мира. Очень может быть, что так и будет. Тогда мы еще раз поклонимся архитекторам этих систем, отцам-основателям и тем, кто писал «Декларацию прав человека», и тем, кто придумывал разделение властей, и тем, кто, собственно говоря, закладывал эти великие камни замковые в здание демократии. Может быть, так и будет. Может быть, придется каким-то образом все-таки имплантировать какую-то новизну: больше будет референдумов, больше будет электронных голосований, меньше будет опять же представительности и репрезентативности, больше будут у людей спрашивать. Прямая демократия может вернуться на новом техническом уровне, совершенно неожиданным образом, вот эта вот агора, непосредственное участие, то, что было в греческих городах-государствах, в полисах, когда каждый там это были только свободные мужчины, но каждый из них за свою жизнь большое количество должностей как-то предпринимал.
Синдеева: Система же будет этому сопротивляться очень долго.
Шульман: Будет сопротивляться, потому что те, кто обладают властью, желают сохранять власть, и у них есть для этого инструментарий. Поэтому да, они будут сопротивляться, но в демократиях трудно сопротивляться народному запросу, надо его удовлетворять. Пока этот запрос удовлетворяется, пока это вот недовольство элитами отлично отыгрывается самими элитами. Пока всё работает, даст бог, может быть, и дальше будет работать. Но я все-таки думаю, что действительно инструменты прямой демократии каким-то образом будут больше присутствовать, потому что люди этого хотят. А чего хочет народ, того хочет бог, чего желают граждане, то должно быть реализовано.
(Из интервью "Дождю")

Станок Гутенберга создал государства, а интернет их уничтожит
https://youtu.be/V-XhXkNeoO0